Как прожить жизнь вместе с Наполеоном

— Говорят, сколько человек знает иностранных языков, столько жизней он проживает. Перефразируя это утверждение, могу сказать: для меня коллекция — возможность прожить жизнь своего героя. И такую возможность даёт любое собрание. Даже если кто-то собирает коллекцию бабочек, как Набоков, он проживает ещё одну, параллельную и очень увлекательную жизнь в сфере своих интересов, в том окружении, которое он создаёт для себя. Я собираю свою коллекцию уже более пятидесяти лет. И всё же каждый вновь приобретенный раритет притягивает что-то особенное - неизвестные мне до сих пор факты или штрихи к портретам исторических персонажей. Это более занимательно, чем читать приключенческий роман, потому что ты узнаешь жизнь реально существовавших людей, где события часто ярче любой выдумки.

Сначала был как романтический герой. Со временем появился исследовательский интерес. Меня все эти годы занимает, как создавался миф о Наполеоне, ведь культ его специально никто не насаждал, а на пути от офицера революционной армии до тирании отмечено столько событий, которые могли бы напрочь уничтожить его репутацию. Тем не менее как бренд он остается популярен и в масс-культуре. Конечно, моему поколению собирателей повезло, что на наших глазах открылся зарубежный антикварный мир и появилась возможность покупать вещи на аукционных торгах. Это позволяло находить и приобретать уникальные предметы. Да и сейчас на антикварном рынке всё ещё появляются сенсационные раритеты. Помнится, на торгах в Фонтенбло продавали шифровку Наполеона, где он давал указание взорвать Кремль. Казалось бы, только бумажка, но она, по сути, поставила точку в дебатах об истинных намерениях императора при отступлении из Москвы. Может показаться парадоксом, но от Наполеона я пришёл к образу Александра I. Поэт сказал о нём: «Сфинкс, не разгаданный до гроба…» Интереснейшая личность, недооценённая Отечеством. А ведь я учился во времена, когда у российских царей хороших заслуг не было. Помните: «жандармы Европы», «тюрьма народов»? Мы жили с этим клише, но потом уже я, будучи зрелым человеком с хорошим образованием, стал открывать для себя многослойные пласты истории и по-новому оценивать известные факты. Все связывается одно с другим, выстраивается в целостную картину и получается такой яркий, беспредельный пазл. Что касается пополнения коллекции, то я исхожу при отборе исключительно из собственного интереса: только те вещи, история которых меня зацепила. Я о каждом своём предмете могу что-то рассказать — это может быть сюжет живописного полотна или гравюры, необычная интерпретация предмета, эпизод жизни какого-то человека, личные ассоциации или же как попал артефакт в коллекцию. По такому же принципу выстроена и моя книга «Наполеон. Жизнь и судьба», которая вышла два года назад.

— Назову медальон, который заполучил в полуподвальном магазинчике на Арбате, причём интрига была уже в момент покупки. Я только зашел, сразу увидел у прилавка человека, который держал в руке миниатюру, где Александр I обнимался с Наполеоном. У меня сердце ёкнуло – это же время Тильзитского мира! Столь забавное изображение императоров я видел впервые, да и вещь наверняка подлинная… Затаился, в ту сторону не смотрю. Тут человек положил медальон, сказал, что ему надо позвонить, и вышел. Я метнулся к продавцу: «Отдайте мне!» Хорошо, что деньги на карточке были. Взлетел по ступенькам и в сторону быстрее. Ведь за такую проделку можно было бы и по шапке получить. Я сам в подобной ситуации точно бы не стерпел. Медальон 1807 года, двухсторонний, с живописной эмалью. Действительно уникальная и моя любимая вещь. Прошло время, и наш Эрмитаж проводил выставку в Амстердаме, посвящённую Александру I, Наполеону и Жозефине. Я поехал, зная, что увижу то, что в постоянной экспозиции Эрмитажа не бывало. И вот сюрприз: же на подходе — афиши, а на них громадные изображения: Александр I в обнимку с Наполеоном. Один в один, как на моём медальоне. Обошёл выставку — живопись, графика, вещи роскошные, а медальона-то в экспозиции нет! Вновь вглядываюсь в афишу: а ведь это с моего медальона! Именно с моего, я же его досконально исследовал. Представляете, в Эрмитаже 3,5 миллиона единиц хранения, казалось бы — всего помногу, а такого медальона нет. Такими предметами определяется ценность коллекции.

— Оно было на пригласительных билетах к моей выставке «Два императора» в 2012 году, с тех пор и гуляет. Например, в Википедии иллюстрирует статью про Тильзитский мир. Но не я туда его поставил —

— Коллекционирование заразно. Могу судить по собственному дому. Когда-то я работал в Центральном банке России и приятель, директор одного из департаментов, подарил маленького хрустального совёнка. Сказал при этом, что он такой же глазастый, как и я. Совёнок нашёл место на моём рабочем столе, вскоре рядом с ним появился ещё один, другой… Потом совы заняли весь подоконник. В конце концов огромная стая обосновалась на даче. Более трехсот, из разных материалов и стран. Так же спонтанно появилась теннисная коллекция. Мы играем в теннис, особенно хорошо — жена. В юности она участвовала в крупных турнирах и с того времени остались памятные призы. Как-то я в довесок к ним купил фарфоровую статуэтку теннисистки… С того момента всё наполнилось новым смыслом. Теперь у нас микст из гравюр XIX и ХХ веков, мелкой пластики, памятных предметов и автографов великих теннисистов. У многих моих знакомых коллекционирование не ограничивается одной темой. Это страсть.

— Еще двадцать лет назад видел в Москве выставку из собрания Виктора Николаевича Батурина. Там были очень хорошие вещи. Но судьба его, как известно, весьма причудливо сложилась. Несколько лет назад мне предлагали купить часть этой коллекции, которая, якобы, отошла кому-то за долги. Звали посмотреть на складе в Домодедово, но я не поехал. Список посмотрел: там были в основном батальные сцены, а я к ним в общем-то равнодушен. Интернет, социальные сети позволяют отслеживать новости в мире. Есть Международное наполеоновское общество, в которое я вхожу, есть Фонд Наполеона — с ним сотрудничаю. Однако по коллекциям информации мало. Она появляется в основном уже перед аукционами, когда коллекционерам-бонапартистам приходится с чем-то расставаться. Вот самый свежий пример — во Франции по иску швейцарского банка вы - ставлена на продажу за 8 миллионов евро парижская квартира одного из самых известных собирателей наполеоники Пьера-Жана Шалансона. У него потрясающий реликварий, где есть и скипетр, который был в руке Наполеона в момент коронации, и трон, и знаменитая шляпа… Сейчас этот экстравагантный господин весь в долгах и очень скоро часть его коллекции окажется на рынке. Это такая же сенсация, как и распродажа наполеоновского музея в Монте-Карло, когда было три специальных аукциона в Фонтенбло. Но у князя Монако благородная цель – на вырученные деньги он собирается создать музей своей матери Грейс Келли

Целиком, должно быть, много дороже, но случается такое редко. Хотя в последнее время наметилась тенденция: состоятельные люди покупают и восстанавливают старинные дворянские усадьбы. Когда готовы интерьеры, встаёт задача их заполнения. Пре - красный ориентир — усадьба Куракина в Тверской области Степановское-Волосово, которая воссоздана семьей Сергея Анатольевича Васильева. Хозяин — отличный знаток эпохи, коллекционер и средства вложил большие. Получился замечательный музей, открытый для публики. Но это единичный случай. Гораздо чаще неопытных владельцев одолевают антиквары-проходимцы, которые сбывают свои неликвиды. Эклектика и просто нелепица. А с привлечением частных коллекций – пусть даже на временное экспонирование – можно создавать соответствующее стилю эпохи пространство. Возвращаясь к теме продаж, могу отметить: происходящие из известной коллекции вещи стоят значительно дороже. Это легко прослеживается по тиражной графике на мемориальных торгах. Несколько лет назад ушел из жизни авторитетнейший коллекционер Андрей Леонидович Кусакин. Было организовано четыре аукциона, где продавались в основном графические листы с подробными описаниями, часто собственноручно оформленные. На обороте, как правило, отмечено, в каком музее на каких выставках эта гравюра экспонировалась. Вещи, ясно, хороши сами по себе, но именно принадлежность к знаковой коллекции повышала цену. Цены доходили до миллиона рублей! Все намного больше эстимейта.

— Да, это так. Все ориентируются на зафиксированные цены. И в дальнейшем уже не так важны обстоятельства предыдущих продаж: есть подтвержден - ная цифра и точка. На неё будут ориентироваться продавцы при наличии подобного. Вместе с тем, такие аукционы — индикатор роста ценности собраний действующих коллекционеров. Я не собираюсь ни с чем расставаться, но теперь знаю, что три десятка моих гравюр, идентичных проданным на тех аукционах, значительно подорожали… Это радует.

— По нашей теме пример показал Государственный исторический музей, устроив ещё в 2008 году выставку «Мир и война» из частных коллекций. Теперь это привычная практика довольно многих. Мы сделали уже несколько совместных проектов в Музее-панораме «Бородинская битва». Вот только что здесь закончилась выставка «Ликуй, Москва! В Париже Росс!», приуроченная к 210-летию Зарубежных походов русской армии. Получился паритет — сорок экспонатов от музея и сорок из частных собраний. Приятно иметь дело с Музеем Тропинина – здесь потрясающая коллекция живописи, а вот графики и предметного ряда немного. Поэтому охотно принимают предметы из частных коллекций. Целое лето в музее будет идти выставка детских и семейных портретов «Память о счастье», я предложил показать там сына Наполеона, скульптуру и графику. По-моему, вышло занятно. Ну, и к значимости собрания: каждое такое событие в плюс. Ведь всё, из коллекции представленное, сразу переходит в масштаб «предметов музейного уровня».

— Давно хочу сделать выставку, на которой показал бы образ Наполеона в разных техниках и разных материалах. Подобная выставка, посвящённая Анне Ахматовой, была в Петербурге. Я ведь собираю и всякие необычные вещицы с изображением Наполеона. Это стало одним из существенных частей коллекции. Кстати, вспомнилось, что некоторое время назад Лувр купил частную коллекцию — несколько тысяч предметов с изображением Монны Лизы, что вызвало большой скандал в благородном сообществе. Музей даже обвиняли в нецелевом использовании средств, ведь покупка обошлась в миллионы евро. Но Лувр достойно отстоял своё решение. Ну, это так, к слову. У меня нет в мыслях что-то продавать, однако показать было интересно. Можно сделать с озорством.

— Мужчин. Женщины более эмоциональны и менее последовательны, за редким исключением.

— Необычный вопрос. Отличаются. Думаю, смог бы отличить. У каждой коллекции есть почерк.

— В этом году возвратился к идее выставки, в центре которой будет история сватовства Наполеона к сестрам царя Александра I. Подобную выставку я хотел сделать ещё в 2019 году. Договорились с Музеем-усадьбой Муравьевых Апостолов. Успели даже сделать афиши и прочее. И тут мне позвонил из Швейцарии владелец — Кристофер Муравьев-Апостол — и п==опросил сменить название. Оказалось, они только что заключили с правительством Москвы договор на коммерческих условиях о проведении в усадьбе торжественных бракосочетаний. Но с названием выставки это явно не сочеталось… Конечно, важно было дать музею подзаработать, а вместе с названием поменялась и концепция выставки, она стала масштабнее — «Наполеон. Жизнь и судьба». Но идея про жениха осталась. И в этом году выставка с таким названием пройдёт в Череповце в Музее Верещагиных. Сам художник Василий Васильевич Верещагин, могу отметить, считал решительный отказ императорского дома Романовых породниться с кланом Наполеона одной из главных причин войны 1812 года. Мы покажем, от чего же тогда отказалась Россия, и как все это привело к краху империи Наполеона.